- Мам, я пойду, погуляю, - десятилетний Стёпка стоял в дверях.

- Холодно и ветер. Куда ты собрался? Даже собак в такую погоду не выпускают, - сказала мама, не отрываясь от компьютера.

- Мам, ма-а-ам. Я недолго, - канючил Стёпка.

- Ладно, только оденься тепло.

- Хорошо! - крикнул Стёпка уже из прихожей. 

В общем-то, он оделся давно, осталось только куртку, сапоги и шапку надеть.

Степка слетел с лестницы и еле открыл подъездную дверь, борясь с напором ветра. Новый порыв захлопнул её за ним и бросил в лицо пригоршню мелкого снега. Стёпка забежал в соседний подъезд к Димке, но, ни его, ни его родителей не оказалось дома. Филю отправили на выходные к бабушке, а Данила заболел.

Расстроенный мальчик походил по двору, сбивая носком ботинка снег с шин, наполовину врытых в землю в качестве ограждения детской площадки. Одному скучно и холодно гулять, он понуро побрёл к своему подъезду. Краем глаза заметил шевелящийся тёмный комочек у сугроба, наметенного дворником сбоку от ступенек крыльца.

Мальчик наклонился, всматриваясь. Из комочка выглянул нос и уши. Щенок! Не раздумывая, мальчик взял щенка на руки. Маленькое невесомое тело била мелкая дрожь. Чтобы открыть дверь, пришлось снова ждать, когда стихнет новый порыв ветра.

Тихо зашёл в квартиру, разделся, стараясь не шуметь. В своей комнате укутал щенка в тёплый свитер и оставил на диване.

- Только молчи, ладно? А то мама выгнать может. Ты полежи, а я принесу тебе поесть, - прошептал Стёпка щенку.

- Ты вернулся? Почему так рано? – Услышал он голос мамы и замер в коридоре по дороге в кухню.

- Ребят никого дома нет. Скучно одному, – ответил Стёпка, стараясь, чтобы голос не выдал его волнения, и продолжил свой путь.

Стёпка налил молока в стакан, положил одну котлету со сковороды на тарелку и, крадучись, пошёл назад. Он смотрел на стакан, чтобы не пролить молоко, поэтому не заметил маму, стоявшую в дверях комнаты.

- Ты куда это несешь? – спросила подозрительно мама, и Стёпка от неожиданности вздрогнул, молоко выплеснулось на пол. - Ну-ка, пойдём. - Мама прошла вперёд и открыла дверь в его комнату.

Свитер валялся на полу, рядом поблескивала лужица, а у батареи сидел дрожащий и испуганный щенок. Надо сказать, что Стёпка с раннего детства не мог пройти мимо брошенных на улице щенков и кошек, всех приносил домой. Марине, его маме, приходилось бороться между согласием оставить очередного найдёныша и не превратить квартиру в приют для бездомных животных.

- Так. Снова кого-то принёс. – Марина переводила строгий взгляд с лужи на Стёпку, потом на щенка, потом снова на лужу, подперев бока руками.

- Мам, он маленький, замёрзнет на улице. Пусть хоть до лета останется, – мямлил Стёпка, чуть не плача. – Мам, ну пожалуйста. Я сам за ним ухаживать буду. – И Стёпка поставил стакан и тарелку на стул, проявляя готовность прямо сейчас бежать за тряпкой и убрать лужу.

Марина посмотрела в виновато-просительные, испуганные глаза сына, на дрожащие от сдерживаемых слёз губы и вздохнула.

- Ну что с тобой делать. – Она махнула рукой и вышла из комнаты.

- Спасибо, мам! – радостно крикнул ей вслед Стёпка и побежал в ванную за тряпкой.

Так началась дружба Стёпки с Роем – так он назвал щенка. Рой сразу признал в мальчике хозяина. Встречал его из школы, нетерпеливо подпрыгивая в прихожей, заслышав на лестнице знакомые шаги. Стёпка входил, бросал сумку, вставал на колени и трепал щенка за ушами. А тот старался дотянуться до лица и лизнуть шершавым влажным языком, радостно виляя хвостом.

Со временем щенок превратился в крупного пса с умными чёрными глазами и шерстью цвета молочного шоколада. Степан тоже вырос, окончил школу и поступил в университет. Теперь домой он приходил поздно. Верный Рой терпеливо ждал в прихожей, положив голову на лапы и глядя на входную дверь. Марина выходила к нему, качала головой, предлагала погулять, но пёс лишь поводил ушами.

Степан оканчивал университет, а Рой старел и храпел по ночам. Как у всех стариков, у него бывала бессонница. Тогда он, стуча по полу когтями, ходил по квартире и вздыхал. Марина Андреевна давно привыкла к доброму и неприхотливому псу.

Пришла весна. По тротуарам бежали ручейки от тающих под тёплыми лучами солнца, спрессованных снежных островков по краю дороги. Птицы заливисто пели, а весенние запахи пробуждали давно забытые чувства даже у стареющего пса.

Степан возвращался в темноте, остывая от жарких поцелуев и улыбаясь уголками губ. Он проводил однокурсницу Наташу до дома, и они долго целовались, прощаясь у подъезда. Осталось защитить диплом и тогда поженятся. Не хотелось жить с родителями и сидеть на их шее. Вот устроятся на работу, снимут квартиру, тогда…

Рой давно догадывался, что у Степана появилась подруга по рассеянному, отстранённому взгляду, чужому запаху. Немного ревновал, но понимал, прощал и всё также ждал, лёжа в прихожей перед дверью.

Степан свернул в тёмный переулок, сокращая дорогу к дому. Осталось пройти совсем немного, когда навстречу ему вышел парень из-за дерева в надвинутой вязаной шапке до самых глаз, держа руки в карманах. Холодок от тревожного предчувствия, невесть откуда взявшегося, пробежал по позвоночнику.

Парень, глядя перед собой, прошёл мимо. Степан выдохнул облегченно, и тут же получил удар в спину. От неожиданности споткнулся, не удержавшись на ногах, упал плашмя на мокрый асфальт. Поднимаясь, успел заметить приближающихся ещё двоих парней. Новый удар в живот выбил воздух из лёгких, Степан согнулся пополам. От удара по голове он потерял сознание.

А в квартире, Рой поднял голову, прислушиваясь к чему-то, только ему одному ведомому, повёл ушами, вскочил на лапы и залаял, бросившись к двери.

- Степана услышал? – спросила из комнаты Марина Андреевна, но дверь не открылась. 

Она отложила книгу и вышла в прихожую. Рой бросился к ней, потом отбежал назад, скуля и переступая нетерпеливо лапами.

- Гулять хочешь? Сейчас. – Марина Андреевна села на пуфик и стала обуваться. Рой ткнулся мордой в её колени, лизнул руку, снова побежал к двери. - Потерпи, сейчас, - добавила женщина.

Пёс от нетерпения поскуливал, пока Марина отпирала замок, протиснулся в открывающуюся дверь и пулей бросился вниз по лестнице. Марина услышала нетерпеливый лай снизу и заторопилась следом. Выпущенный на улицу, Рой мгновение постоял, прислушиваясь, а потом рванул со скоростью, на какую был способен в преклонном возрасте, через двор.

- Рой, стой, куда ты?! – кричала Марина, но пёс уже исчез в проходе между домами.

Трое парней избивали ногами Степана, лежавшего на асфальте. Он вздрагивал от сыпавшихся на него ударов, прижав колени к груди, защищая живот, руками закрывал голову. Встать, ответить нападавшим, убежать, не было никакой возможности.

Пёс, не останавливаясь, бросился вперёд, вцепился зубами в руку одного из парней, всем телом повиснув на ней. Парень взвыл от боли, пытаясь стряхнуть неожиданно появившегося пса. Но Рой не отпускал своей жертвы, глубже вонзая клыки в руку.

Парни отставили Степана и бросились на помощь подельнику. Самый крупный из них ударил носком ботинка в бок Рою. Пёс заскулил и выпустил из пасти руку, отлетев в сторону. Хулиган сел на корточки, прижал окровавленную руку к груди, и завыл, матерясь.

Рой стоял, широко расставив лапы, ощерившись и склонив голову к земле. Его чёрные глаза горели огнём мести, верхняя губа задралась, обнажив жёлтые зубы, кожа на морде подрагивала.

- Рой… Ко мне… - прохрипел Степан, увидев своего друга. 

Пёс не сводил глаз с парня с ножом в руке, от которого исходили волны опасности. Он утробно зарычал и бросился на него. Всё произошло мгновенно. Крик Степана слился с жалобным визгом Роя. Его тело безвольно упало на асфальт рядом с хозяином. Пёс пытался подняться на лапы, но они подгибались. Из ножевой раны в боку толчками хлынула кровь.

- Рой… Сволочи! – прошептал Степан и уткнулся головой в подергивающееся тело друга.

Он не заметил, когда и куда исчезли парни. Корчась от боли в боку, сел, нащупал в кармане телефон. Стекло треснуло, но экран, мобильник работал. Степан вызвал такси, потом завернул друга в свою куртку и держал на руках, пока не приехала машина.

- В ветлечебницу на Вагжанова, быстро, - прохрипел он, открывая заднюю дверь.

- Нет, парень. Ты мне весь салон кровью испачкаешь. – Пожилой таксист повернул ключ зажигания, собираясь уехать.

- Я заплачу, сколько скажете, пожалуйста, быстрее. – Степан, корчась от боли, уже садился на заднее сиденье, не выпуская Роя из рук.

- Хорошо, только поаккуратнее там, - уже спокойнее ответил таксист и тронул машину с места.

Степан ждал в коридоре, освещённом одной дежурной лампочкой на потолке, вдыхая стойкий запах лекарств, дезинфицирующих растворов и шерсти. Наконец, из операционной вышел ветеринар, устало снимая маску. Степан вскочил и тут же упал на стул, схватившись за бок.

- Тебе в больницу надо, парень, - сказал ветеринар. – Я сделал всё, что смог. Но возраст… Он старый, крови потерял много... Удивительно, что не сразу умер от такого удара. - Степан закрыл лицо ладонями.

- Давайте, хоть ваши раны обработаю. – Ветеринар ушёл и вернулся с лотком, в котором лежали пластырь, марлевые салфетки и два флакона. - Если хотите, мы можем кремировать вашу собаку, - предложил он, обрабатывая раны на лице и руках Степана.

- Нет. Если можно, пусть у вас побудет. Я завтра утром заберу, – сказал, поморщившись от боли, Степан.

- Можно. - Ветеринар кивнул.

Следующим утром такси остановилось у леса на окраине города. Водитель посмотрел подозрительно на парня с большой тяжёлой сумкой и лопатой, направившегося к лесу, и тут же уехал.

Копать ещё не оттаявшую землю было тяжело. Пожалел, что не воспользовался предложением ветеринара. Каждый вдох, движение, отдавали резкой болью в боку. Когда могила была готова, вытащил из сумки тело Роя, завёрнутое в простынь, и положил на землю у могилы. Прежде чем закопать друга, долго сидел на поваленном дереве, вспоминая тот ветреный день, когда нашёл щенка у подъезда, годы дружбы... По щекам текли солёные слёзы.

Почему парни напали на Степана, он не знал. Наверное, от скуки, от избытка силы или от обиды, которую надо было на кого-то выплеснуть. А может, просто искали приключений.

Верный старый Рой отдал сою жизнь, защищая друга. Чем всё закончилось бы, не почувствуй он опасность, грозившую хозяину, спасшего его от верной смерти в сугробе, кто знает. Что может быть лучше такой смерти?

Говорят, что псы не умирают, а уходят за Радугу. А людям, любившим их, остаётся незатухающая с годами память о преданном друге.

Источник: Живые страницы